Поместить в избранное





Анонсы
  • Признать вменяемым. Повесть. >>>
  • Выставка "По следам Шагала" в Гомеле >>>
  • Книга Г. Подольской в Российской Государственной библиотеке искусств >>>
  • Книга Г. Подольской в Российской Государственной библиотеке искусств >>>
  • Роман Гершзон:"Искусство Израиля освящено великим Шагалом" >>>


Новости
Новая книга Галины Подольской "Современное израильское... >>>
В Витебске открылась выставка "По следам Шагала в... >>>
В Мадриде открылась крупнейшая выставка работ Марка... >>>
читать все новости


Произведения и отзывы


Случайный выбор
  • Почему?  >>>
  • К читателю  >>>
  • Горбунок   >>>

Анонсы:

Анонсы
  • "Раскинулось море широко" - современное переложение песни >>>
  • Дэвид МакНил о своём детстве и своём отце Марке Шагале, о потолке парижской Оперы Гарнье и о сложных отношениях своего отца с Пикассо* >>>
  • Роман Гершзон "Юбилею Марка Шагала посвящается" >>>
  • Москва 2012. Художественный вояж >>>
  • Шагаловские вечера в Иерусалиме. 2012 >>>


Новости
Аркадий Барнабов приглашает на свою персональную... >>>
Шагаловские вечера в Иерусалиме. 2012 >>>
КОНКУРС на Бесплатное участие в Международном Фестивале... >>>
читать все новости


Камни Иерусалима

Автор оригинала:
Галина Подольская

 

 
ГОРОД МИРА
 
Камень – противоположность песку и пыли, символ прочности и надежности бытия. В нем – примирение с самим собою и основа созидания.
Человечество сложило немало легенд о камне: во всем мире где-нибудь кто-нибудь и когда-нибудь непременно «окаменел». Но сейчас это ровным счетом ничего не значит, потому что независимо от легендарной ауры камней, есть наш «Бейт-Эль» – Иерусалим. И камнинашего города – говорящие камни времени… Рука архитектора подарила им динамику художественного движения – музыку формы.
 
Город мира засыпает,
Эха улочек слышны...
И столетия пронзает
Архитектор старины.
 
Минареты и соборы
Древней музыкой манят –
«Каменеющей» для взоров –
Примиряющей в камнях.
 
Эта музыка застывшая,
Как божественный концерт
С базиликами охрипшими
От седых пророчеств лет.
 
Сон навязчиво-простой –
Город мира золотой.
 

 
КОРАЛЛОВЫЙ ЗВЕРИНЕЦ
 
Человечество всегда тяготело к идолопоклонничеству. При этом предметом культа нередко становились камни – греческий омфалос, Черный камень в Пессине, метеорит Кааба в Мекке.
Видно, есть в камнях нечто притягательное, какая-то тайна. Ею не владеешь (она – тайна), но без нее уже не можешь жить, ибо за ней – прикосновение к неведомому миру, который ты сам для себя выбрал или придумал…
Бог знает, на каком «блошином рынке» я купила фигурки зверей из белого камня, привезенные, по утверждению продававшего их индуса, с острова в Индийском океане. Они никак не вписывались в интерьер советской квартиры, поэтому всегда лежали в моей сумке с прочим ненужным хламом. Но выбросить их – не поднималась рука. Так я и привезла их в Израиль и почему-то даже нашла им видное место в своем новом жилище. Теперь мой «коралловый зверинец», мирно расположился на комоде. И вот однажды я вдруг почувствовала, что «каменные зверята», словно сами собою, стали «младшими братьями» белого камня Иерусалима – города, с которым я связала свою судьбу.
 
Есть в океане Индийском остров –
Белых кораллов и черных камней.
Здесь изумрудные волны у плеса
Рвутся, смеются и катят ко мне.
 
Здесь под водой расцветают кораллы:
Белые розы пучины морской
Можешь сорвать, но до огненно-алой
Ты не дотянешься алчной рукой.
 
Сколки кораллов, как нежность-небрежность,
Выплеснет прочь индианка-волна.
И ты увидишь зверят белоснежных,
Что станут греться на смуглых камнях.
 
Вот медвежонок с пористой спинкой,
Белый слоненок, и белый щенок,
Белый жирафик, белая свинка
И... белогривый единорог.
 
Что ж, «городские» открою вам дали:
Призрачно-белый Иерусалим –
Радости город и город печали –
Тот, что надеждой и верой храним.
 
Здесь поселю вас на Бен-Иегуда,
«Чудо-зверинец» индийских кровей,
Младшие братья белого чуда –
Иерушалаима – «камня камней».
 
Камень его белолоб, белоснежен,
Как танахический древний герой,
Он и возвышен, он и мятежен,
И за меньших своих братьев – горой.
 
Здесь ничего вам бояться не надо,
Даже беспечных еврейских ребят.
Кумушки-звери, белые чада,
Вас защитит бело-облачный град.
 
ПРАДЕТСТВО
 
Иерусалим – гармония противоположностей, соединение несоединимого, когда, казалось бы, точек соприкосновения в принципе нет. В благородстве его камня совместились сознательное и бессознательное, словно мужское и женское начала.
 
А за окошком – снова муадзин,
И птичьи голоса сквозь сон стучатся
И почему-то разорвать боятся
Мираж, в котором только ты один –
 
Иерусалим! Не будь ничьей виною!
Не ты ль эпохи в здания слагал
И из руин неверья поднимал,
Безмолвьем камня – Западной Стеною?
 
И в тех моленьях я была с тобой,
И крылья голубиные растила,
Чтоб улететь в Небесный город твой,
Чей отсвет в твоем камне полюбила,
 
Иерусалим, мой каменный Давид,
Молчит, молчит, молчит…
 
Но – вопреки каменному молчанию – «Бейт-Эль» остается прадетством иудаизма, в котором продолжают жить наши предки, освободившиеся от страстей и желаний.
 
Они глядят на нас с портретов
Сквозь серо-бурый сердолик,
Сквозь халцедоновые лета
Семитский сохранив язык,
 
Премудрости священных книг
И мир, что ломок, как тростник...
 
Прадеды и прабабки наши –
Весь мир в сардониксовой чаше.
 

Так в Иудее называли сердоликовую чашу, привезенную евреями из Греции. Они верили, что в солнечных прожилках сардоникса – то, что умиротворяет душу…
 

В том камне – тайна Иерусалима –
Непогрешима…
 
Однако гармоническая неторопливость вечности не помешала человечеству однажды усомниться в мудрости камня. Может ли молчаливое красноречие соперничать с бренным языком? И вот иудеи начали делать каллиграфические надписи, словно пытаясь обрести примирение с собою.
 
Открыта каллиграфии страница…
Сияет огнедышащий гранат –
Пылает –
И Закон еврейский длится,
И обрезанья праведный обряд,
И строй высокий «Музыки Этерна»,
Что очищает от неверной скверны.
 
Мы живы –
Коль Закон еврейский длится...
Живей живых мы стали во сто крат…
Пылает каллиграфии страница
И на талите – огненный гранат.
 
 
ИСЦЕЛЕНИЕ
 
Иерусалимский камень – краеугольный в судьбе человечества.
 
Камень – вечность и сновидение,
Камень – прочность и изменение,
Камень твой, Иерусалим.
Камень – тело, прикосновение,
Камень – дух, и камень – моление,
Камень твой, он не опалим.
Камень – смерть, отдохновение.
Камень – жизнь, смятенье, сомнение,
Очищение от проказ.
Камень – музыка, ритм, движение,
Вулканическое извержение,
Камень – стоп: исцеление нас…
 
 
 
 
 
Э П И Л О Г
 Неожиданнокакая-то пылинка попала мне в глаз. По привычке я начала «шарить» в сумке в поисках носового платка. И вдруг мои пальцы наткнулись на кораллового единорожка, видимо, отчаянно желавшего остаться моим камушком-талисманом даже в столице Иерусалимского камня. Я ощутила гладкое «каменное тельце» и инстинктивно улыбнулась, словно приветствуя своего маленького друга. Пылинка выпала.
– Что бы я делала без тебя, малыш? Ты и впрямь мой целитель!
 
Спят серебряные улицы.
Словно отпрыски весны,
Не волнуются, не хмурятся.
Окна глаз ясны, как сны.
 
Дышит мой Иерусалим,
Палевый – от света лунного, –
И бессмертен и раним,
В ритме камня вечно юного.
 
      И единорожек тоже спит...
 
К разделу добавить отзыв
Мои стихи на сайте поэзии Общелит.ру и проза на Общелит.ком                                                                                  Дизайн сайта - Nelly Merlin
Права на все текстовые, фото, видео и аудио материалы принадлежат Галине Подольской. При цитировании ссылка обязательна. Другие авторы